Детский дом № 117

  • Нет ничего больней на этом свете,

    Чем встретить взгляд ребёнка-сироты,

    В его глазах весеннего рассвета

    Вопрос сердечный: «Мамочка, где ты?»

    (Источник: https://nashakroha.livejournal.com/101852.html)

     

    Здравствуйте!

    65 лет назад, в августе 1954 года Кировский отдел народного образования выпустил приказ № 106/7 «О расформировании детского дома №117» на основании распоряжения Совета Министров №3818-Р. Таким образом, прекратилась история детского дома, который организовали на территории Зюздинского района, и благодаря которому остались живы сотни детей в годы Великой Отечественной войны и в тяжелое послевоенное время. Сегодня наш рассказ об этом детском доме.

    Материал опубликован 23 августа 2019
    Харин Павел Анатольевич (harin)
    Рассказ о детском доме, благодаря которому остались живы сотни детей в годы Великой Отечественной войны и в тяжелое послевоенное время.

Война не щадит никого – ни мужчин, ни женщин, ни стариков, ни детей. Наш край находился далеко от линии фронта, но в полной мере вкусил военные тяготы Великой Отечественной. Сполна натерпелись и дети. По воспоминаниям первого директора детского дома № 117, Елены Ефимовны Трушниковой (Габовой), самой уязвимой категорией являлись дети в возрасте от 1 до 10 лет. Обыденная ситуация – папа на фронте, мама умерла от тяжёлого труда и голода. Хорошо, если есть дедушка бойкий или расторопная бабушка. А если нет, тогда ничего нет – ни хлеба, ни дров:

«Появились нищие дети, с сумочками, котомочками, плохо обутые и одетые, ходили по деревням из дома в дом, из деревни в деревню в поиске тепла и хлеба. Так ходили целыми неделями. Нищих появлялось все больше и больше. С детьми часто ходили бабушки и дедушки или просто солдатские старушки».

… Инициатором создания в Зюздинском районе детского дома стал заведующий районным отделом социального обеспечения Егор Дмитриевич Бузмаков. Разместили детдом в с. Пашино, в двухэтажном доме почты. Первым директором назначили молодую учительницу с Езжи – Елену Ефимовну Габову. В ноябре 1942 г. принял первый набор – около 40 детей – сирот, в основном из близлежащих к Пашино деревень. В дальнейшем география детдомовцев расширилась – дом в Пашино приютил детей из Молотовской (Пермской) области, Слободского и Лальского районов Кировской области, эвакуированных детей из Ленинградской области.

В первый день работы учреждения в наличии было 12 тарелок, 20 ложек, 12 кг ячменной муки и масло. Первые обед и ужин состояли из ячменной муки – каша с маслом, причём, из-за нехватки посуды есть пришлось по очереди.

Деревенский старичок, Илья Савватеевич Некрасов для девочек сколотил топчаны, мальчишкам – нары. Набродившиеся, намерзшиеся на ноябрьской непогоде ребята уснули в тепле и относительной сытости. Самых маленьких и слабых уложили на русскую печь, и повар, Прасковья Ивановна Ичетовкина, всю ночь наблюдала: не упали бы с печи, не зашиблись.

А время военное, тяжёлое. Хоть и тыл, а задачи военные – всё для фронта, всё для победы! Для нужд детдома в райисполкоме составили ведомость – какому колхозу что выделить на нужды детдома… но не всё так просто. Первоочередная задача – обеспечить фронт, остальное вторично. Начались скитания директора детдома по колхозным правлениям и рядовым колхозникам – где зерна дадут, где муки, где масла, а где и ничего – нечего давать. Хлеб пекли в русской печи детдома. Молоко брали ведрами с фермы. Крупу мололи на деревянной ручной мельнице. Первые месяцы существования детдома оказались очень тяжелыми.

Директору каждый день приходилось думать о самых насущных проблемах, к примеру – чем топить печку и накормить детей завтра. Не было обуви, для детей школьного возраста докупали лапти – все ходили в Пашино в школу. Как вспоминала Елена Ефимовна, учителя относились к детдомовцам очень хорошо. Другое дело - работники столовой и сельпо, которые называли детей – сирот нахлебниками. Не хватало соли, мыла, керосина, спичек. Единственные источники света по вечерам - 2 керосиновые лампы и 4 коптилки (миниатюрные керосиновые лампадки).

Бани нет, мыла и стирального порошка нет, да и первая прачка старается плохо – развелись паразиты. Баню топили у соседей по-чёрному, каждый сотрудник мыл по 20-25 детей. Когда «ленивую», по выражению Елены Ефимовны, прачку, уволили и взяли на работу Анну Филипповну Белёву, положение изменилось. Анна Филипповна вручную простирывала все вещи щёлоком, полоскала на Каме, а затем выглаживала чугунным угольным утюгом. К весне 1943 г. паразитов одолели окончательно.

Пока директор ездила по колхозам и выпрашивала для детей продукты, дрова и одежду, хозяйство детдома вела воспитатель Мария Ивановна Ермолаева. Надежный человек, с ней не страшно было оставить ребят. Она и в школу детей отправит, и уроки у них проверит, а заболеет ребенок – вылечит.

Весной 1943 г. помогли колхозы – Кипрятский колхоз дал корову, а Езжинский – лошадь. Можно и дрова привезти, и груз нужный, и с сенокосом управиться легче. Без сенокоса никак – корову с лошадью кормить надо. Да и в колхозах детдомовцы подрабатывали – всё для фронта.

За годы войны ни один ребёнок, которого приютили в детдоме, не погиб – выходили всех. Ребят 14-15 лет отправляли в ФЗО – школы фабрично-заводского обучения, аналог современных техникумов. Воспитанники детдома учились в Ленинграде, Свердловске, Волхове, Нижнем Тагиле, в Московской, Брянской, Кировской областях.

После окончания войны детдом не расформировали – детей, которые нуждались в попечении, оставалось достаточно. Однако снабжение детдома перевели на государственный бюджет, и сам детдом перевели из Пашино в Афанасьево. Располагался он в двухэтажном деревянном доме по ул. Первомайской, чуть ниже современного здания Центральной библиотеки. Дополнительно к государственной поддержке, шефство над детдомом принял Афанасьевский леспромхоз. Елена Ефимовна ушла с директорского поста – годы военных лишений тяжело сказались на здоровье.

В новом здании расположились спальни, кухня, сушилка, комната для занятий. Детей прибавилось, увеличился и штат работников: завхоз, кастелянша, ночная няня, помощник повара, медсестра, пионервожатая, учителя по труду, которые учили девочек шить, а мальчиков – столярному делу. Воспитанников стали лучше кормить и одевать. Дети ходили на занятия в школьной форме, а для дома был домашний костюм. Каждый ребенок имел зимнее и демисезонное пальто, сезонную обувь. Постельное бельё меняли раз в 10 дней.

При заезде в новое здание опять случился приступ паразитов, на этот раз клопов. Их вывели благодаря стараниям медсестры Александры Петровны Трушниковой, которая промазала щели в здании уксусной эссенцией.

В детдоме сформировали неплохую библиотеку. В 1950 году фонд библиотеки насчитывал более 800 изданий. Выписывались газеты и журналы: «Пионерская правда», «Учительская газета», «Семья и школа», «Затейник», «Смена». Работала швейная мастерская, содержали лошадь, откармливали свиней.

Детей в детдоме все прибавлялось, иногда их число доходило до 120 человек. Летом, чтобы отремонтировать дом, побелить стены, потолок, покрасить полы, все жители детдома выезжали в пионерские лагеря. Дважды выезжали в Пашино, где жили в школе. Купались в Каме, загорали, играли, ходили в походы.

Также два раза воспитанники детдома летом выезжали в пионерский лагерь при Пролетарской школе. Вот что вспоминала об это времени воспитатель Н. Г. Черанёва:

«Утро начиналось с подъема флага линейки, затем объявлялся распорядок дня. Все знали, чем будут заниматься – это дисциплинировало воспитанников, никто не оставался без дела. Проводили «Зарницу», ходили за грибами и ягодами. Однажды ходили по малину. Ягод было много, и один мальчик так наелся ее, что захотел спать, лег на траву и уснул. Все долго искали его. Когда нашли – поругали и пошли все вместе домой. Помогали колхозникам в сенокосе».

После Елены Ефимовны директорами детского дома № 117 работали в разное время Максим Петрович Некрасов, Василий Степанович Ичетовкин, Николай Григорьевич Ичетовкин, Антонина Вениаминовна Кожинова (Гордина). Последним директором детдома стал Семён Прокопьевич Воробьёв.

В августе 1954 г., в связи с ветхостью здания, детский дом № 117 расформировали. Воспитанников детдома перевели в следующие детские дома:

Шитовский д/д №127 Б-Холуницкого района – 9 человек;

Каринский д/д №146 Вожгальского района – 16 человек;

Кырмыжский д/д №108 Вожгальского района – 7 человек;

Лальский д/д №26 Лальского района – 12 человек;

Лальский д/д №72 Лальскогорайна – 8 человек;

Лекомский д/д №142 Шестаковского района – 4 человека.

Вместе с воспитанниками переехали зимняя и летняя одежда, обувь и учебники. Остальное имущество, хозяйственный и противопожарный инвентарь, лошадь и корм передали Залазнинскому детскому дому. Здание детского дома и дрова оказались во введении Афанасьевской школы…

***

Один из воспитанников Елены Ефимовны, Павел Сунцов приехал в Афанасьево в 1971 г. и первым делом зашел к ней. Он увидел ее в огороде, как всегда занятой делом. Подошел и крепко, по-сыновьи, обнял ее. Они долго говорили друг с другом. И Павел, уже далеко не молодой человек, подробно и обстоятельно рассказывал Елене Ефимовне о своей жизни.

Павел уехал, и уже с Далекой Камчатки написал на имя председателя Афанасьевского райисполкома В. Д. Суставова письмо:

«Я – бывший беспризорник. Отец погиб на фронте, мать умерла. Нас, 75 человек, собрали в детдоме села Пашино, где директором была Елена Ефимовна. Была она бойкой, расторопной, везде и во всем поспевала. И шила для нас, и стирала, и сено косила, и обед варила. За это и зовем мы ее мамой. Она взяла и выходила почти полумертвых меня, Павла Сунцова, Полю Сунцову, Васю Локтева, который потом болел три месяца, Феню Сюзеву, Власа Сюзева, Сашу Трушникова, Валю Журавлеву...

...Я все думал, что наша Елена Ефимовна награждена. Поговорил с ней, оказывается нет. Товарищ Суставов, не забывайте Елену Ефимовну. Прошу дать нашей Маме высокую награду. Она этого заслужила».

 

Литература:

Воспоминания Трушниковой Е. Е., бывшего директора Пашинского детского дома. Фонды Афанасьевского краеведческого музея.

Лучникова В. Детский дом // Призыв. 1988, 31 мая.

Макарова И. Взял район на себя родительский долг // Призыв, 2010, 4 марта.

Черанева Н. Вот так и жили // Призыв, 1995.